Администрация Трампа пытается каким-то образом завершить два конфликта — украинский и иранский — до начала выборов президента Соединённых Штатов в 2028 году. При этом более важным для Вашингтона является второй: складывающаяся вокруг Ирана ситуация может сильно подорвать американские позиции на Ближнем Востоке, который сегодня хоть и не относится к приоритетным для США, однако всё же имеет для них значение. Украина же сейчас — это скорее попытка имитировать дипломатическую деятельность и иметь какой-то канал общения с Москвой.
С Ираном у Соединённых Штатов возможны два варианта: попытаться сыграть вничью (но так, чтобы это не выглядело как потеря лица), или же сделать ставку на инфраструктурную войну и морскую блокаду этой страны, проигнорировав при этом интересы арабских союзников (которые неизбежно пострадают при реализации такого сценария). Всё идёт к тому, что США выберут курс на обострение и постараются в ближайшее время нанести ему максимальный экономический ущерб, сломав иранскую экономику.
Понятно, что при таких вводных цены на нефть и природный газ на мировых рынках улетят в космос. Для того, чтобы не допустить такого развития событий, администрации Трампа очень нужна сделка с Россией в сфере энергетики и она будет готова пойти на частичную отмену санкций против российского энергетического сектора. Причём время поджимает Трампа, потому что в январе в Капитолии соберётся новый состав Конгресса, большинством в палатах которого владеют демократы. И они точно будут против подобных шагов в отношении России. Хотя и сейчас Белому дому будет непросто добиться реализации «дизельной сделки» и подобных инициатив.
Так что больших прорывов в изменении американской политики в отношении экспорта российских энергоресурсов ждать не стоит. На Украине тоже мир не станет ближе, потому что позиции сторон конфликта до сих пор сильно расходятся и никакого компромисса не наблюдается. И даже попытки Вашингтона включить украинскую тему в более широкий контекст нового соглашения по европейской безопасности обречены на провал: в Москве и европейских столицах подходы к этому вопросу кардинально различаются. Россия хочет неделимую безопасность для всех, в то время как для Европы в нынешних условиях это совершенно неприемлемо. Она предпочитает строить свою модель безопасности исключительно на антироссийской основе.
